кто не плачет тот москаль ветер дуй собака лай

Самсон в оковах

Леонид Андреев

Действующие лица

Действие 1

    В мягком камне грубо вырубленная пещера с одним столбом-колонной посередине. Под самым потолком пещеры довольно большое, с неровными краями, квадратное окно, защищенное толстыми железными полосами: в левой стене проход, откуда спадают в пещеру массивные каменные ступени. Ложе у стены, стол и скамья – все из камня, все грубо, массивно и тяжело. Пещера эта служит темницей для важных преступников, и теперь в ней заключен Самсон, сын Маноя, ранее бывший судьей израильским.

    Красный весенний закат. Лучи солнца наискось падают в пещеру, наполняют ее красноватым сиянием отсветов. Самсон только что вернулся с работ и лениво валяется на своем ложе. Он слеп и грязен, имеет вид раба. Мощный торс и ноги обнажены, и только вокруг бедер какое-то грязное цветное тряпье; борода и огромные волосы в диком беспорядке. На руках и ногах тяжелые оковы.

    Тюремщик вышел. Самсон нехотя встает и чешет спину у стены. Ворчит. Проходя полосу солнца, останавливается и стоит некоторое время на расставленных нелепо ногах, подставив солнечным лучам волосатую грудь. Таким застает его Ягаре, принесший пищу; толкая, обходит его.

    Самсон. Ну да! Потому что я был красив и меня звали пророком. Я был судиею над Израилем. Что вы смеетесь, собаки? Меня все боялись и почитали. Когда я на площади ставил седалище свое, юноши прятались, а старики вставали и стояли. Князья удерживались от речи…

    Надо спать, а у меня болит все тело. Как измучили меня филистимские собаки! Днем жжет меня солнце, а ночью знобит стужа, а ночью… (Глухо и равнодушно стонет, по привычке.) И все болит, все болит и чешется, и чешется. Хижину и рабыню, молоденькую, да, молоденькую… Кость я положил? Положил. Нет, я не лгу. (Сонно зовет.)

Источник

Озябшая, закутанная в грубовязаную шерстяную шаль, учительница Инкамал-апай рассказывала на уроке географии о Цейлоне, о том сказочном острове, что находится в океане близ берегов Индии. На школьной карте этот Цейлон выглядел каплей под выменем большой земли. А послушаешь — чего там только нет: и обезьяны, и слоны, и бананы (фрукты какие-то), и чай самый лучший в мире, и всякие другие диковинные плоды и невиданные растения. Но самое завидное — жара там такая, что живи себе и круглый год в ус не дуй: ни тебе сапог, ни шапки, ни портянок, ни шубы не нужно совсем. А дрова и вовсе ни к чему. А раз так, не надо ходить в поле за кураем, не надо таскать на себе, согнувшись в три погибели, тяжеленные вязанки хвороста домой. Вот где жизнь! Ходи себе как ходится, грейся на солнце, а нет — прохлаждайся в тени. Днем и ночью на Цейлоне теплынь, благодать, лето за летом идет. Купайся себе сколько влезет, хоть с утра и до вечера. Надоест — ну тогда птицеверблюдов [1] гоняй, птицеверблюды-то там водятся, непременно должны водиться, где же им еще быть, этим огромным и глупым птицам. Умные птицы на Цейлоне — пожалуйста, тоже есть: попугай. Захочешь — поймаешь попугая, научишь его петь и смеяться, а заодно и танцевать. А что — попугай такая птица, все может. Говорят, есть попугаи, которые читать умеют. Кто-то из аильных сам видел на джамбулском базаре читающего попугая. Газету поднесешь попугаю, он и шпарит без запинки…

Да, чего только нет на Цейлоне, каких только чудес. Живи себе и ни о чем не думай. Главное, не попадаться при этом на глаза баю-плантатору. Тот с кнутом ходит. Цейлонцев по спине стегает, как рабов. Угнетатель! Ха, да ему врезать в ухо так, чтобы в глазах засветилось. Кнут отобрать, а самого заставить работать. И никаких поблажек эксплуататорам и разным другим капиталистам, никаких разговоров: работай сам за себя, и все! Известно, от них ведь и фашисты происход

Источник

Стихотворения, поэмы

По свидетельству С.А. Толстой-Есениной, это стихотворение посвящено Розе Чагиной, шестилетней дочери Петра Ивановича Чагина, журналиста и издательского работника, редактора газеты «Бакинский рабочий», где была впервые напечатана часть стихотворений цикла «Персидские мотивы». Роза Чагина «сама себя прозвала „Гелия Николаевна“ по имени какой-то актрисы. Все окружающие в шутку так ее и называли. Есенин очень любил и понимал детей и находился с этой девочкой в большой дружбе».

«Это было, по-моему, в марте 1925 года. „Он давно знает вас по театру и хочет познакомиться“. Рассказали, что в последние дни он шибко пил, вчера особенно, а сегодня с утра пьет только молоко. Хочет прийти ко мне почему-то непременно трезвым. Часам к двенадцати ночи я отыграл спектакль, прихожу домой. Небольшая компания моих друзей и Есенин уже сидят у меня. Поднимаюсь по лестнице и слышу радостный лай Джима, той самой собаки, которой потом Есенин посвятил стихи. Тогда Джиму было всего четыре месяца. Я вошел и увидал Есенина и Джима – они уже познакомились и сидели на диване, вплотную прижавшись друг к другу. Есенин одною рукой обнял Джима за шею, а в другой держал его лапу и хриплым баском приговаривал: „Что это за лапа, я сроду не видал такой“. Джим радостно взвизгивал, стремительно высовывал голову из-под мышки Есенина и лизал его лицо. Есенин встал и с трудом старался освободиться от Джима, но тот продолжал на него скакать и еще несколько раз лизнул его в нос. „Да постой же, может быть, я не хочу больше с тобой целоваться. Что же ты, как пьяный, все время лезешь целоваться!“ – бормотал Есенин с широко расплывшейся детски лукавой улыбкой. Сразу запомнилась мне эта его детски лукавая, как будто даже с хитрецой улыбка. <…>

Сидели долго. Пили. О чем-то спорили, галдели, шумели. Есенин пил немного, меньше других, совсем не был пьян, но и не скучал,

Источник

Автор благодарит за оказанную помощь Александра Бурдакова, Олега Вертинского, Марину Ивановскую, Даниила Мелинца (Rodent), Кирилла Назаренко, Юрия Нерсесова, Ирину Погребецкую (Ira66), Анну Полянскую (Lliothar), Михаила Черниховского, Татьяну Щапову.

Волны помнят. Ветер, тот забывает, Молния ударит и простит – пепел уже невиновен, вчерашний день канул в Закат, Скалам довольно знания, а Волны помнят и ждут. Долго ждут, то играя, то плача. Песня Волн – песня памяти, песня времени, песня жизни. Кто сказал – «изменчив как волна»? Кто решил, что сила есть твердость, мудрость – покой, прощение – благо? Волны бьются в берега, крича о минувшем.

Скалы молчат. Скалы стоят. Скалы рушатся. Волны вечны, тысячелетия для них значат мало, века – ничего. Скалам неведома мудрость бега, им ведом покой. Ветер не думает, он лишь дышит. Молнии не плачут, никогда не плачут, а кто не плачет, тот не поет, не любит, не ненавидит…

Рассвет. Первый рассвет весны. Солнце высветило горизонт на востоке, но само еще не показалось. Андиевы шторма уже три дня как улеглись. Море стало спокойным и дружелюбным, радуя людей берега, а те уже проснулись и торопятся к своим лодкам. Они думают о ветре, о рыбе, что ходит в глубинах, и о наживе. Слепцы, они ничего не чувствуют и боятся не полдня, а полуночи. Они живы морем, они принадлежат морю, но сами даже не пена по краю прибоя. Люди слепы и глухи, это Волны знают, не видя, а Скалы ждут, всегда ждут… Пестрые скалы у маленькой деревушки, примостившейся рядом с великим Агарисом; им осталось недолго ждать, совсем недолго.

Утренняя суета на берегу. Кто-то споро управляется с сетями, кто-то сталкивает в воду лодки, догоняя отлив. Молодой рыбак обнимает жену, двое постарше ссорятся, а самые расторопные, торопясь на утренний лов, уже выходят из бухты. Солнце выныривает из волн красным спрутом, пенные гребни становятся розовыми.

Источник

Автор благодарит за оказанную помощь Александра Бурдакова, Олега Вертинского, Марину Ивановскую, Даниила Мелинца (Rodent), Кирилла Назаренко, Юрия Нерсесова, Ирину Погребецкую (Ira66), Анну Полянскую (Lliothar), Михаила Черниховского, Татьяну Щапову.

Волны помнят. Ветер, тот забывает, Молния ударит и простит – пепел уже невиновен, вчерашний день канул в Закат, Скалам довольно знания, а Волны помнят и ждут. Долго ждут, то играя, то плача. Песня Волн – песня памяти, песня времени, песня жизни. Кто сказал – «изменчив как волна»? Кто решил, что сила есть твердость, мудрость – покой, прощение – благо? Волны бьются в берега, крича о минувшем.

Скалы молчат. Скалы стоят. Скалы рушатся. Волны вечны, тысячелетия для них значат мало, века – ничего. Скалам неведома мудрость бега, им ведом покой. Ветер не думает, он лишь дышит. Молнии не плачут, никогда не плачут, а кто не плачет, тот не поет, не любит, не ненавидит…

Рассвет. Первый рассвет весны. Солнце высветило горизонт на востоке, но само еще не показалось. Андиевы шторма уже три дня как улеглись. Море стало спокойным и дружелюбным, радуя людей берега, а те уже проснулись и торопятся к своим лодкам. Они думают о ветре, о рыбе, что ходит в глубинах, и о наживе. Слепцы, они ничего не чувствуют и боятся не полдня, а полуночи. Они живы морем, они принадлежат морю, но сами даже не пена по краю прибоя. Люди слепы и глухи, это Волны знают, не видя, а Скалы ждут, всегда ждут… Пестрые скалы у маленькой деревушки, примостившейся рядом с великим Агарисом; им осталось недолго ждать, совсем недолго.

принять щенка в добрые руки
Кетти - трехмесячная белоснежная красотка с лаймовыми глазами и кротким нравом. Маленький ангел-хранитель для Человека, который найдёт для неё...

Отдам котенка в Хорошие руки! Малышу два месяца. Кушает все что даем, н

Утренняя суета на берегу. Кто-то споро управляется с сетями, кто-то сталкивает в воду лодки, догоняя отлив. Молодой рыбак обнимает жену, двое постарше ссорятся, а самые расторопные, торопясь на утренний лов, уже выходят из бухты. Солнце выныривает из волн красным спрутом, пенные гребни становятся розовыми.

Источник

И когда жены декабристов наконец воссоединились с супругами, через 9 месяцев в Сибири народились маленькие сентябрята.

В который раз вижу государственную границу, и каждый раз прямо-таки зажмуриваюсь от ее невыносимой святости и нерушимости. 

Известно, что Ньютон настолько не любил одного из британских премьер-министров, что пытался через суд воспретить ему пользоваться законом всемирного тяготения.

В мозгу ощущение, как будто в разгаре приятного отдыха нюхаешь воздух и понимаешь, что все это время на плите раскалялась выкипевшая кастрюлька.

Потребовать скорейшего урегулирования болгаро-монгольского конфликта, в результате которого страдают ни в чем не виноватые, используемые втемную русские и украинцы!

И снятся заокеанскому повару кошмары: российский капустный лист развевается над борщом, галушки окружены и переагитированы пельмешками. 

Джон Керри по ошибке принес извинения апартеиду в связи с недавним ошибочным заявлением о том, что апартеид скоро начнет напоминать Израиль.

Новогодний утренник отрицательных героев: собрать всех с русской литературы: Свидригайлов, Баба Яга, Молчалин, П.П.Кирсанов, Лиса Алиса, Анатоль Курагин, Кащей и прочее. И Дед Мороз будет объяснять каждому, за что тот не получает подарка.

Политубежище - это, как я понимаю, для больших, неповоротливых. У нормального человека простая политубежка, для детей крошечная политубежечка.

Для настоящего мужчины жить с сильной, амбициозной женщиной не особенно легко, но вполне возможно, если он владеет одним умением: вовремя делать жалобное лицо.

Главное противоречие сегодняшней России - противоречие между противоречием между дураками и дорогами и противоречием между производительными силами и производственными слабостями

команда нюхай для собаки
Многие породы собак обладают врожденным интеллектом. Но ум, как известно, нужно тоже тренировать. Поэтому любая собака подвергается дрессировке. Особенно это касается только приобретенных щенков. Превратить «несмы

С некоторых пор у русских стало принято желать друг другу доброго Пути, или счастливого Пути -

Источник

Когда я учился в школе (пару лет как закончил), у нас был один "джамшут" вместо уборщика. Так вот, однажды какой-то идиот написал на стене "Х*Й" черной краской. Джамшуту поручили закрасить сие непотребство, так как стена была желтая он размешал желтую краску и закрасил прямо поверх черной. Есесно надпись так и осталась, только вместо черного цвета приобрела темно-оранжевый. Директор проматерился и велел закрасить другой краской всю стену, теперь у нас стала зеленая стена в желтом коридоре с опять-таки выделяющимся "х*ем", на сей раз из-за количества слоев краски, отчетливо так проступают бугры, вблизи разобрать оч просто. Директор пробесился и сказал отколупать эту

На одну деревеньку напал как-то раз Змей-Горыныч. И потребовал, чтоб ему каждый день девиц-красавиц на съедение приводили. Иначе - "всю деревню спалю и селян съем". Опечалились крестьяне, привели одну девицу к Змею, девица плачет, кричит, пощадить просит, но не послушался Змей, проглотил ее. На следующий день крестьяне вторую девицу приводят. громко кричала девица, плакала. Не пощадил ее Змей. Сожрал.

Час ждет, другой, третий. Собрался уж в деревню лететь, всех огнем испепелять, вдруг видит: идет к нему девица. Да только тихая и лицо закрыто. Закричал тогда Змей - "Что, не боишься меня, красна девица? А я тебя одним махом проглотить могу!" Девица молчит. Змей подошел ближе, огнем дыхнул - молчит девица, только руками что-то на пояске своем перебирает. Разозлился Змей, что не боится его девушка и проглотил ее целиком. "Ну, красавица, что ты теперь у меня в пузе молчишь?" - ухмыльнулся Змей - "Скажи что-нибудь!"

Баю-баюшки-баю, Не ложися на краю. Придет серенький волчок, И укусит за бочок. Разгрызет тебе он почки На мельчайшие кусочки. Съест мозги, кишки, желудок, Ненасытнейший ублюдок. Перекусит позвоночник, Мерзкий, гадкий полуночник. Будет долго он жевать, А потом пойдет блевать! Ты

Источник